Проект MUZA | Дневники
Психоистория на марше


[27.01.10]

Ю.Латынина: "Рой или антибулочник" (Новая газета, 25.01.2010)

"Когда булочник печет булки, он не думает о всеобщем благе, он думает о выгоде. Но в результате его деятельности всеобщее благо увеличивается. Нетрудно заметить, что такое соотношение личного и общественного блага в обществе существует не всегда. Мародеры, разоряющие город, увеличивая собственное благо, не увеличивают общественного".
Из серии очевидного: чтобы разорить город, нужен именно город. А с городами в России - историческая несуразица. Городское общественное управление в России введено лишь в 1870 году Городовым положением, где пунктом 55.3 городу дозволено "установление, увеличение и уменьшение городских сборов и налогов". Да и те свободы были примерно наполовину перечеркнуты городовым положением 1892 года.
Из фактологии. В 1825 году в Петербурге деревянных домов было больше чем каменных, в 2 раза, в Москве в 2,5, в остальных городах менее 10%. В Самаре 1 каменный приходился на 784 деревянных. В 1867 году из 42 губернских городов только в Одессе и Вильне каменных построек было больше чем деревянных. [Корнилов 2004: 555-556]. Городское население европейской России с 1630 по 1851 увеличилось в два раза - с 2,5 до 5%. На 1897 год - 13% населения. [Корнилов 2004: 533; Кошман 2008: 170]. В 1913 году - прибавление до 15% (для сравнения, в Англии и Уэльсе городского населения 78%, Германии 56%, США 41%) [Россия 1913: 23].
Здесь есть принципиальный момент: городское население - имеется в виду население оседлое. Имеется в виду специфически городская структура занятости (с промышленным и интеллектуальным "полюсами"), профессий, социальной мобильности. Собственно, урбанизация в России началась лишь в 1930-х, а сли строго подходить, то лишь в 1950-х (на хорошо известном политическом фоне).
На тот же 1913 год в структуре сословий и состояний: крестьян 77%, мещан 11%, дворян и чиновников 1,4%, купцов 0,22%. Любопытно, что из петербургских купцов - половина, а из московских - треть в переписи 1913 года указаны как не торгующие, "для звания". Интересно сопоставить с этим "структуру народного богатства на 1.01.1914" - сельское хозяйство, лесоводство, рыболовство, охота - 34,8%, индивидуальное потребительское имущество - 19,6%, городские фонды - 17,3%, транспорт и связь - 10,5%, промышленность, включая мелкую - 8,8%, государственное имущество (военное, тюрьмы, казенные учреждения) - 4,3%. Отметим, что в структуре городских фондов 2/3 - это непроизводственные здания (из них 95% жилые), а товары торговли - чуть меньше 1/5. [Россия 1913: 32-33, 219, 224-225].
Чтобы разграблять город, надо иметь что разграблять "в личное благо грабящего". На 1914 год структура разграбляемого очевидна: индивидуальное имущество, жилой фонд, транспорт, связь. Можно по этому поводу вспомнить историю казнокрадства при постройке железных дорог в России, которое изрядно уменьшилось именно после введения Городового положения 1970. Не рецепт, конечно... Тем не менее, времени у российских городов, чтобы построить инфраструктуру на духе корпоративного предпринимательства (а на это нужно никак не меньше 5-6 поколений в условиях относительной политической стабильности) просто не было: 45 лет - это не срок для города.

Источники:
А.А.Корнилов. Курс истории России XIX века. М.,2004
Л.В.Кошман. Город и городская жизнь в России XIX столетия: социальные и культурные аспекты. М.,2008.
Россия 1913 год: статистико-документальный справочник. СПб, 1995.

Copyright ©А.Крамер, 2010